Театральный режиссер Кейден Котар (Филип Сеймур Хоффман) живет в провинциальном городке Скенектеди в штате Нью-Йорк с женой-художницей (Кэтрин Кинер) и четырехлетней дочкой (Сэди Голдстайн). Его новый спектакль хвалит пресса, однако самого Котара это не слишком радует: жена на совместном сеансе у психоаналитика признается, что желает его смерти, а чуть погодя сбегает от него в Берлин, забрав с собой дочку; вдобавок на Котара обрушилась целая череда загадочных недугов, суля скорую смерть. Некоторое время спустя герой получает некий «грант гениев», обретая полную финансовую независимость, покупает в Нью-Йорке огромный заброшенный ангар, где собирается поставить нечто очень масштабное и «неуклонно правдивое, истинно прекрасное и бесконечно ценное» (как написали в письме, извещавшем о получении гранта).

Впервые показанный в Каннах-2008 режиссерский дебют знаменитого сценариста Чарли Кауфмана (автора «Быть Джоном Малковичем», «Адаптации» и «Вечного сияния чистого разума»), славящегося своей неуемной фантазией, странностью и сосредоточенностью на том, как функционирует человеческий разум. В качестве режиссера Кауфман создал нечто, пожалуй, даже более странное и радикальное (и уж точно более мощное), чем все, что снималось по его сценариям прежде. Поначалу (первые полчаса) фильм выглядит достаточно стандартно и реалистично, однако чем дальше, тем страннее, запутаннее и сюрреалистичнее он становится. Стремительно проносятся годы (около тридцати), множатся актеры и роли в создаваемом героем спектакле, реальность и вымысел переплетаются в тесный клубок, взаимно влияя друг на друга. Сначала появляется актер, играющий режиссера (главного героя), потом — актер, играющий актера, играющего режиссера (а за всеми ними еще подспудно стоит Кауфман, в мозгу которого все это впервые появилось). Можно предположить, что в реальности Котар умер где-то после того, как его покинула жена, и все, что происходит после, — это фантазия.

Невероятно амбициозная и притом тонкая работа, касающаяся таких вопросов и тем, как одиночество, боязнь смерти (и ее неотвратимость) и — желание сделать что-то важное, настоящее, бескомпромиссное, честное, проникнуть в суть каждого человека, раскрыть себя, а также финальное осознание того, что для всего этого необходимо выйти за рамки себя, вынести себя за скобки. В значительной мере, конечно, это пересекается с «8 1/2» Феллини (а также с Бергманом и Вуди Алленом), но, на мой вкус, картина Кауфмана получилась в разы сильнее. Среди других аллюзий — магический реализм Маркеса, фантасмагория Кафки, психология Юнга, симулякры Бодрийара, а также «В поисках утраченного времени» Пруста и снятый Мишелем Гондри клип Бьорк «Bachelorette». Да, это очень странный, сложный и запутанный фильм — сопоставимый с работами Ричарда Келли («Донни Дарко», «Сказки юга»), Дэвида Линча («Малхолланд драйв», «Внутренняя империя») и, может быть, Дэвида Кроненберга («Видеодром»). Но это совершенно гениальный, пронзительно-проникновенный, душераздирающий, отчаянно грустный, но все же жизнеутверждающий и гуманистический фильм. При всем том еще и крайне личностное и честное высказывание.